Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев (antonio_rg) wrote,
Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев
antonio_rg

Categories:

Детство

(Начало сериала здесь и здесь)
В дальнейшем мне пришлось сменить 9 школ. И не только потому, что моя семья все время переезжала из страны в страну, но и потому, что из советских школ, что в СССР, что заграницей, меня с завидным постоянством все время гнали. Меня любили молоденькие и романтишные преподавательницы английского и географии, которым я отвечал искренней взаимностью, но совершенно не переносили тертые партийные исторички и училки лит-ры. Моя проблема была в том, что я для своего возраста слишком много знал, а во многом знании, как известно, много печали. Я утешался веселыми и грустными (в зависимости от настроения) антисоветскими сочинениями и отмороженными ответами у доски.

Так, помню, в 1982-ом году в 6-ом классе советской школы в городе Дели в плановом сочинении, посвященном "празднованию 7 ноября в моем родном городе", я изобразил подготовку к оному празднику в деревне Шаганино как покраску в зеленый цвет деревьев и травы, а затем живописал пьяные революционные веселья и гуляния в мягком, добром стиле Войновича. Нас тогда чуть не депортировали - отца вызывали суровые КГБшники на допрос. В 8-ом классе в СССР, на вопрос учителя о каком-то там эпохальном деянии Ильича я долго хлопал глазами, а потом поставленным дореволюционным жандарменно-канцелярским басом медленно вспоминал: "Ах, так Вы спрашиваете про того низкорослого каторжника-сифилитика, арестанта №117 тюрьмы града Новый Тарг, сударыня?" Времена уже были (по сравнению с 70-ми) вегетарианские, начинался 1984-ый год. Меня из считавшейся "хорошей" школы всего лишь изгнали в соседнюю рабоче-крестьянскую вон. Но и там мне не было покоя. Выставив как-то в школьном сочинении образ любимого советским литературоведением Печерина как бездаря и бабника и противопоставив ему биографии известных, образованных и заслуженных русских офицеров того периода, я был изгнан и оттуда. Впрочем, мы в том месяце опять переезжали, так что мне было все равно.

Но основательно за меня взялись уже только в 9-ом классе, когда мы переехали в центр. Завуч и историчка была женой какого-то крупного партийного босса, обладала железными нервами, крупной комплекцией, всегда говорила тихим леденящим голосом, неотрывно как змея смотря прямо в глаза. Она была просто каким-то жутким карателем и всегда добивалась своего. Все боялись ее как огня. Я один не боялся и продолжал весело проводить время, сделав невинные шутки у доски гораздо более двусмысленными и вызывающими. Но на этот раз я просто не понял с кем связался. Я был еще слишком мал и не понимал, какое может быть в ином человеке количество холодной и умной ненависти. Она меня-таки почти уничтожила, почти. Эту женщину я запомнил на всю жизнь. Впрочем, это уже другая история.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments