Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев (antonio_rg) wrote,
Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев
antonio_rg

Category:

"Эдипов комплекс" моего сына

Моего четырехлетнего Ванечку интересуют и радуют, кажется, две вещи на свете: целование иконочек и вкушение "хлебушка и теплоты" (что он делает со старанием и большим прилежанием) и игра в машины. Машины игрушечные и настоящие - это почти вся его жизнь. Он давно просится на водительское сидение нашего старенького тринадцатилетнего Форда, воспетого в Вертограде Сашей Солдатовым. Только я, конечно, его не пускаю. Он ревнует меня к форду, здоровается с ним ( "Здравствуй, Форд!"), гладит его, и говорит грустно, что "папа о нем не заботится" и что "скоро наш Форд станет совсем старенький и превратится в Жигули". Он машины рисует, в них играет, их на улице трогает...их видит во сне. На ночь я ему пою колыбельную, конечно, про машины же - ничего другого он не признает.

И тут он, неожиданно, заинтересовался смертью. Ну, я ему про смерть рассказал. Его это очень заинтриговало. Он на разные лады два дня к этой теме подходил, сначала с грустью ("вот останусь я один-одинешенек" - это оборот он из сказки какой-то почерпнул)... Вчера он сказал мне: "Папа, ты уже стал совсем старенький и слабенький - наверное, ты скоро умрешь". Потом от грусти Ваня отошел и начал задавать практические вопросы: "А можно ли будет, когда я умру, взять с собою машину?".

Когда он окончательно понял, что я умру раньше него, а он еще останется пожить, он стал спрашивать меня: "А когда ты умрешь?" Я отвечал: "Не знаю, только Бог знает". И тогда он спросил, втихаря от меня, у мамы:

"Мама, а когда папа умрет, я буду водить его автомобиль?"
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments