Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев (antonio_rg) wrote,
Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев
antonio_rg

Category:

Цитаты из интервью А.Кончаловского

"Крестьянское сознание и в Кремле, и в Думе, и в любом банке, оно пронизывает нашу страну. Но когда я об этом говорю, на меня смотрят как на сумасшедшего. Когда я говорю о том, что надо редактировать этот культурный геном, в ответ мне кивают головой, но глаза как-то мутнеют: «что этот человек имеет в виду?» Со всеми можно найти общий язык – и с почтальоном, и с братком. У всех свои понятия. И по этим понятиям живет русский человек, в том числе вся наша элита. В советский период никто еще в нашей стране, может быть, за исключением Сталина, не понял русского мужика. Русское сознание по-прежнему в основе своей крестьянское. Оно не стало фермерским. Вот если бы наш мужик стал фермером, как в Финляндии, или даже в Польше, то, может быть, у нас было бы другое государство. Первый признак крестьянского сознания – очень узкий круг доверия. Банки не верят вкладчикам, вкладчики не верят банкам. Чиновники не верят ни друг другу, ни народу, а народ – чиновникам. Возвышение соседа воспринимается как угроза собственному благополучию. Попадая в город, первое, что думает крестьянин, – как бы кого облапошить. Поэтому не будет у нас Швейцарии, у нас вместо буржуазии возникает олигархат. У русского человека нет чувства индивидуальности, а значит, чувства ответственности. А так как у русского человека нет чувства ответственности, то разговор с ним может быть только один: вдарил палкой ему по голове, и он присел"

Да, крестьянские российские элиты, живущие в городах во втором-третьем поколении все еще по крестьянским понятиям - уэллсовские осьминоги в апартаментах, усадьбах и дворцах людей. Физиономия почти любого высшего российского сановника или представителя крупного компрадорского бизнеса не просто просит кирпича, а рыдает о кирпиче, взыскует его, требует и настаивает, ибо является физиономией архаического гоминида - наглой морды смерда, расталкивающего локтями таких же мужиков и пролезающего поперед уничтоженных в ходе социальных чисток людей в Калашный ряд. Истинная трагедия нынешней России - этим государством правят брутальные и незамутненные потомки рабочих и крестьян, которые по-прежнему именуют себя мужиками (то есть недочеловеками) с соответствующей мужицко-недочеловеческой манерой обращения, понятиями, принципами, ценностями и т.п. Да, уже сто лет в обед.

Фрагмент из книги "Красный террор глазами очевидцев"

Большевики в течение весны - лета 1917 г. уделяли первостепенное внимание физическому и моральному уничтожению офицерства. В результате большевистской агитации на фронте было убито несколько сот офицеров, и не меньшее число покончили жизнь самоубийством (только зарегистрированных случаев после февраля 1917 г. более 800). Офицеры стали главным объектом красного террора и сразу после октябрьского переворота. Зимой 1917/18 г. и весной 1918 г. множество их погибло при возвращении с окончательно распавшегося фронта в поездах и на железнодорожных станциях, где практиковалась настоящая «охота» за ними: такие расправы происходили тогда ежедневно во многих местах.
Впечатления очевидцев на всех железных дорогах ноября-декабря 1917 г. приблизительно одинаковы. «Какое путешествие! Всюду расстрелы, всюду трупы офицеров и простых обывателей, даже женщин, детей. На вокзалах буйствовали революционные комитеты, члены их были пьяны и стреляли в вагоны на страх буржуям. Чуть остановка, пьяная озверелая толпа бросалась на поезд, ища офицеров (Пенза-Оренбург)… По всему пути валялись трупы офицеров (на пути к Воронежу)… Я порядком испугалась, в особенности, когда увидела в окно, прямо перед домом на снегу, трупы офицеров, - я с ужасом рассмотрела их, - явно зарубленных шашками (Миллерово)… Поезд тронулся. На этом страшном обратном пути, - какой леденящий сердце ужас! - на наших глазах, на перронах, расстреляли восемь офицеров. Мы видели затем, как вели пятнадцать офицеров, вместе с генералом и его женою, куда-то по железнодорожному полотну. Не прошло и четверти часа, как послышались ружейные залпы (Чертково). То же на ст. Волноваха и других… Его вывели из вагона в помещение вокзала, разули и, оставив лишь в кальсонах, отвели в комнату, где находилось уже около 20 человек в таком же виде. Оказались почти все офицеры. Они узнали свою судьбу - расстрел, как это было в минувший день с пятьюдесятью арестованными (Кантемировка)»


Чтобы ликвидировать социал-антропологические последствия подобного геноцида людей нужно если не совершить аналогичное с потомками повинных в их геноциде зверолюдей, то во всяком случае создать им наименее благоприятные условия для обзаведения потомством дабы не продолжался более их богоотверженный род.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments