Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев (antonio_rg) wrote,
Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев
antonio_rg

Categories:

К истории советских религиозных мета-институциональных парадигм

Из статьи, посвященной неоязыческому "культу Родины"

"Но вот проблема: по условиям игры, ни о каком, даже чисто внешнем, христианском культе в Красной Армии не может вестись речи. И тогда Патриархия совершает своё самое позорное злодеяние, перед которым меркнет печально знаменитая Декларация 1927 г. Она освящает своим авторитетом НОВЫЙ КУЛЬТ, который и правда уже не имеет никакого истока в Православии...> «Широкая разработка вопроса о сущности патриотического служения русского церковного общества своему Отечеству», приписываемая митр. Сергию его современными почитателями не фикция. Соединение богословия и абсолютно немыслимого в нём понятия «Родина» - именно его заслуга.

Как же так?- спросит читатель, ведь любовь к своему Отечеству всегда соединялась с Христианством. К Отечеству - да, но не к «Родине», пишемой с заглавной буквы. Такого понятия, как Родина не знало ни византийское, ни древнерусское, ни имперско-российское богословие. Любовь к России не требовала абстрагирования, т.к. всегда укладывалась в чеканный девиз: «За Веру, Царя и Отечество». Причём Отцом Отечества - Pater Patriae - мыслился всегда Державный Хозяин Русской Земли. Родина в таком контексте просто не нужна. Она становится нужной, когда Бог оставлен и возвращаться к Нему не хотят, когда Царь убит и мстить никто не собирается, когда Отечество расхищается и с этим все согласны.

В православной традиции есть место и любви к родной земле, и к жене, и к матери. Эта любовь - которая может быть трепетной и нежной, за которую в суровую годину можно и должно проливать кровь,- имеет своим первообразом любовь Христа к Богородице, а затем - к Невесте-Церкви. Но Христос -Господин. Он владеет Невестой и защищает её, потому, что она принадлежит Ему. Так же как земля принадлежит человеку и он её владелец. Но в Советском государстве людям не принадлежало ничего - ни земля, ни их труд, ни даже собственная жизнь. Защиты чего, тогда «неумолчно» требовала РПЦ? Что реально стояло за поклонением «Родине-Матери», которой после Победы были воздвигнуты святилища во всех «городах-героях» с «вечным огнём», подавляющими своей величиной монументами, в которых народ мог воочию лицезреть Ту, кому все эти годы адресовались его мольбы и упования, за которую жертвовались миллионы жизней?

Измена Родине во все годы советчины считалась самым страшным грехом. Человек мог своровать, убить, тем более отречься от Бога (что только приветствовалось)... Но вот «предать Родину», «изменить» ей - да такого и человеком-то в глазах советской общественности старались не называть. Измена Родине расценивалась не просто как смертный - как запредельный грех - «государственное преступление». Такому патриотизму взахлёб аплодировали союзники СССР, ему умилялись до слёз противники Германии всех мастей: «...Ваша доблестная защита каждой пяди драгоценной земли вашей Родины, безпощадное предание её огню, когда вы временно вынуждены отойти,- всё это придаёт нам новые силы и окрыляет новой надеждой порабощённые народы во всём мipe»,- писал кавалер ордена Трудового Красного знамени и настоятель Кентерберийского собора д-р Хьюлетт Джонсон.

В вопросе государственной измены церковное проклятие дополняло большевистское законодательство. «Протоиерей Александр Романушко участвовал в боевых операциях, ходил в разведку, был в полном смысле ПАРТИЗАНСКИМ священником (****). Однажды он пошёл на такой смелый шаг летом 1943 года. Родственники убитого партизанами полицая попросили О.Александра отпеть покойника. На кладбище пришло много народа, была выставлена полицейская вооружённая охрана. Все приготовились слушать отпевание. О.Александр, надев на себя епитрахиль и ризу, отошёл в сторону и глубоко задумался. А потом совершенно неожиданно начал: «Братья и сестры, я понимаю большое горе матери и отца убитого, но не наших молитв и «Со святыми упокой» своею жизнью заслужил во гробе предлежащий. Он - изменник Родины и убийца невинных детей и стариков. Вместо «Вечной памяти» произнесём же «Анафема». Люди стояли как громом поражённые... Эти простые слова пронзили сердца людей. Они говорили: «Если священники взялись за оружие, так и нам Бог велит идти в партизаны» (Якунин В. «За веру и отечество»).

Пособничество врагам СССР расценивалось Патриархией как «полная измена и самому христианству». Собор епископов 1943 г. постановил что «всякий виновный в измене общецерковному делу и перешедший на сторону фашизма, как противник Креста Господня (!), да числится отлучённым, а епископ или клирик - лишённым сана».

И наоборот. Защищающие «правду» - «совершают подвиг и, приемля раны и страдания и полагая жизнь свою за единокровных своих, за Родину, ИДУТ ВСЛЕД МУЧЕНИКОВ». Писалось и пишется, что «патриотический порыв» объединил весь народ: и верующих, и неверующих. Но почему-то забывают, что быть неверующим тогда значило быть богоотступником; следовательно, глубинная причина действий у христиан и атеистов должна бы различаться. Однако никакого существенного различия между ними не было, что всячески демонстрируется в наши дни, когда происходят помпезные панихиды РПЦ в местах массовых захоронений бойцов Красной Армии. Не страх Божий руководил «мучениками за Родину», а всё тот же, недостойный человека, ужас государственной измены, ужас оказаться вне привычного социума, где все равны и все рабы...

Неоязыческий культ Родины-Матери, его корни в религиозном сознании, история и современные проявления должны в самое ближайшее время стать предметом скрупулёзного анализа, потому что именно он является одним из основных рычагов манипулирования покорной массой, которая ныне получила определение «российского народа»"
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments