Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев (antonio_rg) wrote,
Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев
antonio_rg

Categories:

Мой улыбчивый Брежнев

.
Леонида Ильича Брежнева мне довелось увидеть воочию лишь однажды в жизни и он стоял от меня в десяти шагах, а я думал о том, как его убить. Мне было 11 лет, я был обыкновенным тихим мечтательным советским мальчиком, зачитывающимся главами "Архипелага" Солженицына и бесконечно "любившим" окружавших меня советских школьников и учителей.

Шел 1980-ый год, Брежнев был безобидным дряхлым зомби, жизнь его поддерживалась искусственно самой передовой в мире советской медициной и горячей гражданской молитвой всей советской страны. "Свидание" произошло во время визита советской делегации во главе с генсеком в Индию, в New-Delhi, в районе Чанакьяпури, где располагались русская школа для детей советских специалистов и посольство, в декабре. Как сейчас я помню запахи и звуки, растительность и окружавших ископаемого гоминида молодых и сильных советских зверей. Цвели араукарии, погода стояла отличная, не жарче +20.

Моя покойная матушка много шила и вязала, у нее были английские спицы разной длинны и толщины. Одна из них лежала у меня в рукаве и я хотел воткнуть ее всесоюзно любимому дедушке в глаз. Да, нас разделяло десять шагов и по бокам у генсека стояли кирпичемордые советские джеймсбонды двухметровой высоты. Но я осознавал и все свои преимущества, потому что был смазливым одиннадцатилетним подростком, а Леонид Ильич как раз таких мальчиков как я любил своими старческими губами лобызать. Я широко улыбнулся Брежневу, а он, будучи подслеповатым стариком, тем не менее заметил меня (я стоял в первом ряду школьников) и зашамкал губами, изображая "улыбку" в ответ. Я был абсолютно убежден, что сейчас он ко мне подойдет. В точности как и нынешний всенародно любимый генсек добрый дедушка Брежнев любил жамкать и целовать в разные места лица и тела чужих улыбчивых детей.

Руки мои вспотели, я сильно волновался и ведь было от чего. Я собирался убить человека, пусть и очень плохого человека, садиста, насильника и палача. Разумеется, мне было, мягко говоря, не по себе. Я старался вести себя естественно, ничем не выделяться, но тело, несмотря на отсутствие жары, покрылось потом, и спица в рукаве прилипла к руке. Секунды растягивались в пластичную вечность, я смотрел на него, а он смотрел на меня, оскабливаясь в старческой улыбке и явно имея намерение сделать шаг навстречу ко мне.

Вдруг бугай справа что-то шепнул ему в ухо, Леонид Ильич наморщил лоб, повернулся к сопровождающим справа, устало махнул нам, советским школьникам, рукой, и вся их компания направилась в сторону от нас. Все закончилось, я тяжело выдохнул и опустился на траву, стоять не было сил.

Никогда и никому впоследствии, даже родителям, я об этом эпизоде своей жизни не говорил. Через два года, одним ранним ноябрьским утром отец подошел ко мне и шепнул лишь два слова - "Бобик сдох". Я не мог прийти в себя от изумления, потому что верил, что жизнь этого ходячего трупа будут поддерживать вечно. "Как это произошло?" "От запора, в туалете". Отец просто сиял, таким счастливым я его не видел никогда. Я оделся и поехал в школу, там никто еще ничего не знал. О смерти дорогого Леонида Ильича объявили только через два дня и тогда зарыдала вся мировая прогрессивная общественность и добрая советская страна.

Postscriptum

В 2011 году во время своей командировки в Тифлис от друга и одноклассника своего покойного отца Дмитрия Эристави я узнал, что мой отец в 1947 году, в возрасте 15-16 лет, тоже хотел убить советского вождя и у него была школьная организация, в которую входил и сам Дмитрий. Мне отец этого никогда сам не рассказывал. Он скрывал от меня, а я скрывал от него. Но у него никакой возможности не было, а у меня она была. И можно пофантазировать о том, что бы было, если бы у меня получилось. Представьте себе судьбу СССР и Восточной Европы, всего т.н. Соцлагеря, после выхода аршинных заголовков в СМИ: "Пионер казнил Генерального Секретаря". Первой взорвалась бы Польша, на 2 года раньше срока ("Солидарность"), пожар перекинулся бы на Венгрию и Чехию, спустя месяц на ГДР. Ну а потом обраточка вернулась бы в СССР. Одни бы меня проклинали, другие бы пошли с моим именем на баррикады, но в любом случае ясно, что "Соцлагерь" канул бы в лету на 5-10 лет раньше срока. То есть сотни тысяч политзеков по всему СССР и Восточной Европе вышли бы на свободу на 5-10 лет раньше срока. Десятки тысяч жизней честных и достойных людей были бы элементарно спасены. Но главное, что в самой РФ в 1990-е люди не пухли бы с голода, потому что реформы начались бы раньше, еще до обвала нефтяных цен.

Увы, не случилось, не судьба.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments