Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев (antonio_rg) wrote,
Антоний Александрович Рейнеке-Григорьев
antonio_rg

Categories:

В советской школе на 8 марта...

...приняты были подношения от мальчиков класса девочкам. В старшей школе они были обезличенными, с мальчиков просто собирали по 1-3 рубля и покупали на эти деньги девочкам что-нибудь полезное - цветочки/заколочки, кошелечки или какие-то иные девичьи пустяки. Но в младших классах были приняты личные подарки. Обычно мальчиков заставляли дарить девочкам всякие деревянные штуки, сделанные на уроках труда (фанерные коробочки-ларцы или такие же фанерные звезды) или рисунки. Учитель рисования перед 8 марта собирал отдельно мальчиков и предлагал им на выбор нарисовать красные тюльпаны, красную площадь с мавзолеем в веночках цветов или что-то столь же красное и праздничное.

Однажды, классе в четвертом, я нарисовал на 8 марта закиданный со всех сторон букетами цветов немецкий танк, въезжающий на Красную Площадь. Разумеется, я был еще совсем мал, но я рос в культурной семье, слушал разговоры родителей и к 11 годам более всего на свете ненавидел советские песни, физиономию дорогого Леонида Ильича и пионерские линейки. Я старался тогда это отношение к советской реальности не показывать, но мои сверстники и учителя чувствовали, что "что-то с этим парнем не так". Что именно со мной "не так" они узнали классе в пятом-шестом, но тогда, в четвертом, я был для них просто замкнутым в себе мальчиком. Не знаю что на меня тогда нашло, но после того, как рисунок был готов стало как-то радостно на душе, переполняло счастье. Я чувствовал, что, наконец, свободен. Я сдал рисунок преподавателю и с облегчением вышел из класса.

До девочки рисунок не дошел. На следующий день белый как мел преподаватель рисования крепко взял меня за руку и повел к директору, а моих родителей вызвали в РОНО. Так началось мое неравное противостояние с советскими людьми. К восьмому классу оно обострилось настолько, что больше чем полгода в одной школе я не задерживался и был изгоняем из каждой по требованиям учителей истории и литературы, а так же местных комитетов комсомола. Нет, я больше не рисовал немецкие Тигры. Я стал умнее, ироничнее, тверже и троллил их пустые как кухни концлагеря души гораздо деликатнее и тоньше. На уроках литературы я нежно и аккуратно высмеивал попытки трактовать русскую классику через призму марксизма, а на уроках новейшей истории обнаруживал лакуны в информированности учителя и дополнял их, мягко говоря, смущающими советского человека данными из не коммунистических источников. Я старался ходить по острию бритвы, не перегибая палку, но учителя все равно считали меня отщепецем, барчуком и, как выразился последний в моей жизни директор школы, "вражиной".

Я помню в старших классах одно из своих юношеских увлечений. Девочка с огненными волосами была "общественницей" (впрочем, она училась в другой школе), хлопала глазками, каждый день влюблялась в нового мальчика, считала себя принадлежащей к советской элите и танцевала под Modern Talking. Краткий пересказ "Архипелаг Гулаг" не произвел на нее ровно никакого впечатления. Она просто поверить в это не могла, в ее голове отсутствовали программы, которые были способны открывать такие файлы. Ее отец к тому же был высокопоставленным советским чиновником, а она его очень любила.

Прошло время. Девочка так и осталась общественницей, только теперь уже не коммунистической, а христианской. Переход от одного к другому когда сменились общественные настроения случился и у нее, естественно, весьма скоро, безболезненно и непротиворечиво.

А я тогда понял одну простую вещь: все, что в этом мире ценно, нужно зарабатывать преодолевая сопротивление. То, за что человек не готов пострадать, ничего в сущности и не стоит. Казалось бы, в 1991 году не только для интеллигенции, но и вообще для широких слоев населения открылась правда - страшная правда о них самих и их родителях. И что же? Н-и-ч-е-г-о. Люди предпочитают не думать о том, что их тревожит. И люди никогда и ни при каких обстоятельствах не будут каяться ни в чем. В лучшем случае от них услышишь - "тогда  все так жили".

Не все, милые, не все. Были и другие - гнившие в тюрьмах и психушках, шедшие на смертельный риск при распространении Евангелия и антисоветской литературы, передававшие документы о преследовании инакомыслящих в свободный мир, поддерживавшие с риском для самих себя терроризируемых советской системой людей. И вы у них в неоплатном долгу. Они создатели той реальности, в которой вы живете сейчас. Фактически, они ее творцы, часто ценою свободы и жизни. И долг ваш по отношению к строителям не коммунистической России настолько неоплатен, что чтобы вы не сделали после 1991 года полезного для других и для своей собственной души, вы все равно останетесь должны. И ваши дети будут должны, потому что они прямое продолжение вас, приспособленческой биомассы, произрастающей в кем-то (но не вами!) построенном мире. Так-то, дорогие.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments